Торквато Тассо

Одной из старейших книг нашего собрания является «Освобожденный Иерусалим» итальянского поэта эпохи Позднего Возрождения» Торквато Тассо. Книга была издана в типографии Николая Греча в 1818 (ч.1) и в 1819 (ч.2) годах в переводе А. С. Шишкова.

Иллюзии – вот что губит умных и талантливых.
Он считал себя сыном богов,
а его объявили сумасшедшим.

Р. Белоусов

Тассо родился 11 марта 1544 г. в Сорренто в семье поэта Бернардо Тассо. Десять лет вместе с родителями он жил на берегу Неаполитанского залива. Несколько раз его возили в монастырь Кава де Тиррени, в котором бенедиктинцы с гордостью показывали могилу папы Урбана, проповедовавшего первый крестовый поход. Это служило поводом к длинным рассказам, которые ребенок слушал со страстным вниманием. В это время грозное появление турок на берегах Италии, их нападения на границы Венгрии вновь пробуждали в христианах мысли о «священной войне».

 

 

Торквато учился в иезуитской коллегии, Падуанском и Болонском университетах, где изучал философию, красноречие, а также право, которое его мало интересовало. По окончании учения он переехал в Феррару и поступил на службу к правящему герцогу Альфонсо II в качестве придворного поэта. Тут и протекает самый блестящий, а немного позже и самый печальный период его жизни.

С 14 лет Тассо обнаружил необыкновенные способности к поэзии. Он написал ряд блестящих легких произведений под влиянием любви к Лукреции Бендидио и, особенно, к Лауре Пеперара. Любовные чувства к этим особам у него длились не более года, они не были взаимными, и факт скоропроходящей любви накладывал на впечатлительного Тассо неизгладимое впечатление.

Известность поэту принесла пастушеская драма «Аминта». Литературные критики считают, что «Аминта» до известной степени компенсировала в Италии упадок классической трагедии и комедии в период позднего Возрождения.

В 1581 г. Тассо уже имел намерение написать поэму об Освобожденном Иерусалиме первыми крестоносцами и уже набросал начало ее, но большие задачи испугали его, и он обратился к другому жанру – рыцарскому роману и любовной лирике.

Ни сочинение и постановка на сцене «Аминты», ни многочисленные путешествия Тассо со своими покровителями не могли заставить его ни на одну минуту позабыть о великом намерении своей юности и основном произведении зрелого возраста – об «Освобожденном Иерусалиме», принесшим ему мировую известность. В первой редакции он был закончен в середине 1575 г., так что летом того же года он уже мог читать его герцогу Альфонсо и принцессе Лукреции. (Всего же им было потрачено на это произведение 30 лет жизни). С окончанием поэмы приходит конец счастливой и блистательной жизни Тассо при дворе герцога Альфонсо II, где жизнь его протекала в сказочном великолепии, под звуки виол, в утонченных беседах, среди благосклонных женских улыбок. Феррарские прелестницы любили проводить время в его компании, где он блистал остроумием и стихотворными экспромтами. Одну из них он выделял с особым пристрастием – чарующую улыбку принцессы Леоноры, младшей сестры герцога из старинного рода д ‘Эсте.

Леонора являла собой яркий тип женщины эпохи Возрождения. Прекрасно образованная, увлекающаяся научными знаниями и философскими спорами, такая женщина, казалось Тассо, способна распознать интеллект и полюбить его. Очень скоро между ними обнаружилось интеллектуальное родство. Она любила проводить время в его обществе, владела искусством беседы, умела ценить прекрасное, была внимательной слушательницей и критиком его стихов. Не проходило ни одного вечера, чтобы Тассо не пригласили в салон принцессы. Поэт посвящал ей свои канцоны и сонеты. Леонора была изыскана в чувствах, чиста душой и телом, и никогда не проявляла своих чувств внешне, она улыбалась своей меланхолической улыбкой и ответного порыва поэт не находил в ее глазах.

Наступил день, когда Тассо убедился, что феррарский рай имеет оборотную сторону, а ангелы, обитающие в нем, – придворные льстецы и прихлебатели, напялившие на себя благопристойные маски. Понял он и то, что там, где правит деспот, ни о какой свободе ему нечего и мечтать. И он решил напечатать поэму за пределами Феррары, начал переговоры с великим герцогом Тосканы. Если бы переговоры прошли успешно, то поэма, которой он поначалу предполагал прославить род д ‘Эсте, стала бы добычей дома Медичи. Каким- то образом до герцога доходят слухи о переговорах с Тосканой. Чтобы убедиться в их достоверности к поэту посылают воров. Те взламывают замок ящика, где хранится его переписка. Часть ее похищают. Теперь настает очередь поэта гневаться. Его буквально охватывает бешенство, он становится подозрительным, всюду ему мерещатся посланные шпионы. Душевное равновесие поэта сильно нарушилось. Этому способствовало не только феррарские дела ( неудачная любовь, поведение Альфонсо II), но и строгий дух католицизма, господствующий в обществе. Тассо постоянно мучили мысли о собственной греховности, развились зрительные и слуховые галлюцинации и мания преследования. Он воображал, что нечистый дух отбирал у него письма и бумаги, вступал в разговор с призраками. Ему казалось, что его преследует герцогский министр, чтобы отравит его. Тассо постоянно боялся впасть в ересь, он не мог отделаться от мысли, что осужден на вечные муки. Поэта беспокоят сомнения: не слишком ли светской вышла его религиозная эпопея. Он решил подвергнуть свое произведение систематическому просмотру крупными учеными Рима, Падуи и Флоренции. Те не поскупились на замечания. К тому же Тассо предоставил «Освобожденный Иерусалим» инквизитору Сильвио Антониано Феррарскому. Инквизитор несколько раз прослушивал поэта и дал ему отпущение грехов. В то же время он посоветовал Тассо переделать поэму так, чтобы она охотнее читалась бы монахами и монахинями, а не светскими людьми. И Тассо начал переделывать «Освобожденный Иерусалим», вытравливая из него все романтические эпизоды, в которые он вложил лучшую часть самого себя, чтобы сделать поэму чисто религиозным назидательным сочинением.

 

В 1579 г. после нескольких бурных срывов Тассо заключили в феррарский дом для умалишенных, госпиталь святой Анны, где он провел долгих семь лет. Пребывание в доме для умалишенных еще больше расстроило здоровье Тассо. Медицинские методы средневековья были весьма жестоки. Больного сажали на цепь. После года сурового содержания он был переведен в другое помещение с лучшими условиями. В 1580-м году в Венеции без его ведома и вопреки его воле были напечатаны 14 песен «Освобожденного Иерусалима», а в 1581-м году в Генуе вышел роскошный полный текст поэмы. Торквато Тассо в это время был в сумасшедшем доме. Во время своего пребывания в больнице он днями и неделями был в полном сознании. В эти светлые промежутки он написал лучшие свои «Диалоги». Однако часто он впадал в полное помрачение рассудка. «Мое негодование, — пишет Монтень в своих «Опытах», — было еще больше, чем мое сострадание, когда я застал его в том ужасном положении, когда он не сознавал себя и не помнил своих произведений». Несмотря на болезнь и неуравновешенный характер, у Тассо были длительные ремиссии, во время которых он создавал гениальные произведения. «Мудрый безумец» — называл его секретарь герцога Тосканского. «Какой мудрец когда-либо лучше говорил прозой или стихами, нежели этот безумный» — писал римский поверенный в делах герцога Урбинского.

В последние годы Тассо жил в монастыре. Поэт любви стал аскетом. В надежде на милосердие творца он искупает вину молитвами и постом. Переделав поэму, Тассо считал себя обеспеченным от всех опасностей неверия и еретизма. Одинокие годы заключения и болезни взростили в нем дух покорного страдания и апатии. Поэтическая фантазия его умерла для всего мирского и жила только в описаниях и восхвалениях небесных сил. О своем новом произведении «Завоеванный Иерусалим» он писал так : «Я чрезвычайно дорожу своей новой, то есть недавно переработанной мною поэмой, как новым произведением моего духа, потому что прежнее стало мне чужим, как становится чужим отцу сын-неудачник, относительно которого отец сомневается, действительно ли он ему сын».

Свет и тьма, попеременно овладевавшие его жизнью, сменились состоянием бесконечного утомления. Он принял с полнейшим равнодушием известие, что по желанию папы Климента VIII его собираются короновать на Капитолии лавровым венком, как высочайшего из живущих в то время поэтов; все мысли и желания его были направлены к смерти, а не к жизни. Тассо умер в 1595 г.,прожив 51 год.

 

Теперь о самой поэме «Освобожденный Иерусалим».

 

Ориентируясь на «Илиаду» Гомера и «Поэтику» Аристотеля, Тассо  соединил в ней черты античного эпоса с итальянской рыцарской эпопеей Возрождения, создав новый тип эпоса, изображающий события христианской истории ( в данном случае первого крестового похода) и включающего эпизоды чудесного, почерпнутые из христианских источников. Особенности поэтики «Освобожденного Иерусалима» (единство и стройность плана, развитое лирическое начало, сложные психологические характеристики персонажей, яркое изображение любовных драматических коллизий) обусловили широкое влияние поэмы на европейское искусство (литературу, живопись, музыку, театр). Она считалась общепризнанным образцом эпопеи и вызвала множество подражаний. Многие стихи из нее стали народными итальянскими песнями. Это явление приобрело широкую известность в Европе и отразилось в мемуарной и художественной литературе. На рубеже XYIII – XIX вв. возникает сентиментально-романтический культ, связанный с вышеописанными чертами его жизни: полумифической безнадежной любовью к Леоноре, помешательством и принудительным пребыванием в госпитале св. Анны, травлей со стороны критиков и придворных, бесприютными скитаниями по Италии в последние годы жизни, смертью накануне триумфа на Капитолии, известностью «Освобожденного Иерусалима» среди простого люда (пастухов, разбойников, венецианских гондольеров). На этой основе вокруг поэта создавался ореол страждущего непризнанного при жизни гения, моделировался биографический тип, характерный для культуры романтизма.

 

 

В России «Освобожденный Иерусалим» был известен со второй половины XYII в. сначала через польское, затем через французское посольство. С XYII века сведения о поэме включались в русские школьные поэтики и курсы теории и истории литературы, становились неотъемлемой часть размышлений литераторов о русской национальной эпопее, оказывали влияние на авторов, создавших произведения в этом роде. Первые русские переводы Тассо с итальянского языка появляются в начале XIX века (переводы М. Попова, А. Мерзлякова; наш экземпляр перевел А.С. Шишков). Лучшим считается перевод Д. Мина (1900), написанный архаичным стилем. В это же время получает распространение и романтический культ Тассо.

Имя Т. Тассо и его поэма «Освобожденный Иерусалим» неоднократно упоминалось А.С. Пушкиным, образы и сюжеты служили Пушкину источником вдохновения. Неоднократно пользовался Пушкин именем одной из героинь «Освобожденного Иерусалима» чародейки Армиды. Это имя стало стертой метафорой в значении «обольстительной и коварной красавицы» и просто «красивой женщины». В стихотворении»Е.Н. Ушаковой» («Вы избалованы природой…») (1828-1829) это имя входит в перечень поэтических штампов образа светской красавицы.: «Что нежным взором вы Армида».

Живой, поэтический отклик Пушкина вызвал факт известности «Освобожденного Иерусалима» среди простого народа. Он ввел в русскую поэзию тему «Торкватовых октав», впоследствии имевшую широкое распространение. Италия названа им перифрастически страной, где «Тасса не поет уже ночной гребец».

Скончал пустынник речь…Небесно вдохновенье!
Не скрыто от тебя небесное движенье.
Ты в старцевы уста глагол вложило сей
И сладость оного влила в сердца князей.

Портрет Тассо в госпитале св. Анны выполнен французским живопосцем XIX века Эженом Делакруа.